Как Украина фиксирует нарушения Россией договоренностей о прекращении огня по энергообъектам, как Соединенные Штаты могут добиться от России выполнения этих договоренностей и должен ли Владимир Зеленский в случае окончания боевых действий идти на выборы? Об этом в эфире телеканала Настоящее Время говорил советник главы Офиса президента Украины Михаил Подоляк.
— По всей видимости, договоренности о не нанесении ударов по энергетическим объектам не соблюдаются?
— Российская Федерация их нарушает. Переговоры США – Россия, США – Украина прошли 23 и 24 марта. Мы считаем, что с 25-го марта вступило в силу соглашение о прекращении ударов по энергетической инфраструктуре. Списки энергетических объектов были предоставлены сторонами. И начиная с 25 марта, Россия многократно нанесла удары, разрушив распределительные сети в Полтаве, в Кривом Роге, в Харькове, в Херсоне. Документальные доказательства этого переданы нашим американским партнерам.
То есть Россия пока не соблюдает даже вот этот первый шаг, предложенной Соединенными Штатами. Украина скрупулезно придерживается договоренностей. У нас есть движение к всеобъемлющему прекращению огня, и первым шагом является не нанесение ударов по энергетике. Соединённые Штаты, конечно же, могут контролировать исполнение этих решений: у них достаточно технологический и разведывательных инструментов для этого. Россия продолжает не только наносить удары по энергетической инфраструктуре, она увеличила интенсивность ударов по местам массовой жилищной застройки, по центрам городов.
— 23 марта были переданы списки посреднику - США. А взаимные обязательства России и Украины относительно прекращения ударов по инфраструктуре были закреплены на бумаге?
— Это было проговорено: есть формат прекращения ударов по энергетической инфраструктуре, и договоренность была такая, что стороны предоставляют списки энергообъектов, передают их стороне-посреднику. В данном случае – Соединенным Штатам. Украина передала свой список. Я не думаю, что здесь может быть договор, который следовало бы подписывать. Есть есть посредник, он берет списки энергообъектов и передает их другой стороне.
— Как происходит фиксация нарушений этих договоренностей на месте? Есть третьи лица, иностранные наблюдатели?
— На месте нет. Достаточно фиксировать это так, как мы это и делаем все время в течение всей войны. Фиксация идет органами правопорядка Украины. И для Соединенных Штатов эти документальные данные предоставляются. Соответственно, Соединенные Штаты могут следить за ударами, за разрушением сетей, используя свои аэрокосмические средства слежения, если им нужно верифицировать нарушение перемирия по энергетике.
Россия говорит о прекращении ударов по энергетике, и в то же время не говорит, что не собирается бить по гражданской инфраструктуре
— Владимир Зеленский по поводу переговоров о перемирии сказал, что в ближайшие недели и месяцы можно "додавить русских" и таким образом добиться скорейшего прекращения огня. О чём говорит украинский президент? Кто и чем сейчас может "додавить"?
— Украина синхронизировала свои позиции с американской стороной, европейцы нас поддерживают в этом вопросе. Мы готовы к безусловному прекращению огня и готовы к тому, что это будет отслеживаться. Украина готова к всеобъемлющему прекращению огня: и на суше, и на море, и в воздухе. Это очень важно уточнить, потому что Россия, например, говорит о прекращении ударов по энергетике, и в то же время она не говорит о том, что не собирается бить по гражданской инфраструктуре в целом. Если мы говорим о прекращении огня на море, то Украина предполагает не нанесение ударов также по портовой инфраструктуре – это Очаков, Одесса, Николаев. А Россия вписывает сюда какие-то политические требования, которые к прекращению огня не имеют прямого отношения. Для нас эти все форматы являются безусловными, мы готовы их придерживаться в полном объёме и готовы предоставить доступ в любые места для того, чтобы все это верифицировать.
Что касается России, то, конечно же, без принуждения ничего не будет. И президент Зеленский абсолютно прав. Что такое принуждение? Это может быть жесткое санкционное давление, ограничение доступа России к глобальным финансовым рынкам, чтобы она не могла зарабатывать деньги.
— Имеется в виду давление со стороны США?
— Конечно. Была интересная инициатива - не знаю, будет ли она реализована - в Конгрессе Соединенных Штатов: инициатива [сенаторов] Блюменталя и Грэма о введении вторичных санкций - пошлин 500% - в отношении стран, которые закупают российскую нефть, или они должны будут отказаться от закупок нефти. Что будет оправдано с финансовой точки зрения: бессмысленно покупать крайне дорогую нефть, если на рынке будет больше нефти. И мы видим, что ОПЕК, вероятно, будет готов, за исключением России, к увеличению добычи нефти и поставок ее на глобальный рынок. Вот, пожалуйста, – прямой инструмент, очень сильный инструмент, он резко ограничивает возможности получения денег, которые потом направляются на рекрутинговые программы, то есть на мобилизацию людей и отправку их на войну.
Я думаю, что эти инструменты и будут применяться Соединенными Штатами. Потому что, на мой взгляд, очевидно, что Путин не намерен останавливать войну только через переговоры. Без принуждения в любом случае он этого делать не будет.
Зеленский должен идти на второй срок. И у него есть все шансы одержать победу
— Вы опровергали, что в Офисе президента готовятся к возможным выборам президента во время военного положения. Но если будет перемирие, и будет отменено военное положение, если будут объявлены выборы, пойдет ли на них Зеленский?
— Это не ко мне вопрос. Но я считаю, что он должен идти на второй срок. Потому что он глубоко внутри войны и понимает, как из этой войны выходить. Но это его решение, он будет его принимать, исходя из своего представления о том, что нужно делать дальше. Моя позиция в этом неизменная на протяжении всего этого времени: Зеленский должен идти на второй срок. И у него есть все шансы одержать победу, учитывая, насколько эффективно сегодня построены отношения Зеленского со внешним рынком, насколько субъектной выглядит Украина. Эти возможности нужно будет продолжать реализовывать после войны, нам нужна будет консолидированная поддержка наших партнеров – не только европейских, но и американских. Я думаю, что здесь Зеленский, конечно, может сыграть очень, очень позитивную роль.