"Я рад чествовать Алексея Ботвинова – человека, который строит мосты и стремится к миру и культурной свободе через национальные границы", – сказал Маркус Потцель, немецкий посол в Швейцарии, вручая украинскому пианисту высшую награду Германии, крест "За заслуги" в немецком посольстве в Берне. После церемонии Алексей Ботвинов ответил на вопросы Радио Свобода.
–Что для вас значит орден "За заслуги" от Германии?
– Германия занимает особое место в Европе и в мире классической музыки. Для меня эта награда – не только честь, но и знак солидарности с Украиной. Тяжелая война России против Украины продолжается, и международная поддержка важна.
Алексей Ботвинов – украинский пианист, основатель и президент международного музыкального фестиваля Odessa Classics. Выступал в 48 странах мира. Более 300 раз исполнил "Гольдберг-вариации" Баха. Работал с Хайнцем Шпёрли, который руководил балетом и был хореографом в Цюрихском оперном театре с 1996-го по 2012 год. Итогом выступлений со скрипачом Дэниэлом Хоупом стали записи на фирме Deutsche Grammophon 2021-2023 гг. сочинений Альфреда Шнитке, Валентина Сильвестрова, Филиппа Гласса и Тан Дуна. Проекты на границе искусств соединяют классическую музыку и визуальные эффекты. Алексей Ботвинов – народный артист Украины. Италия отметила его творчество орденом Кавалера Звезды, Швейцария – знаком отличия Вильгельма Телля, Французское общество искусств, наук и литературы – премией и платиновой медалью.
– Ваша международная карьера началась в 1988 году в Лейпциге?
Бах – мой любимый композитор
– Мне было девять, когда родители положили вместо игрушки под новогоднюю ёлочку "Маленькие прелюдии и фуги" Баха. Наутро 1 января все ещё в доме спали, а я нашёл ноты и стал их разбирать, читая с листа. Мелодии меня заворожили, и с тех пор Бах – мой любимый композитор. Выбрав профессию пианиста, мечтал увидеть Лейпциг. В 24 года будучи аспирантом Московской консерватории выиграл в Риге всесоюзный пианистический конкурс, после чего поехал в святое для любого музыканта место, где Бах жил и творил 27 лет до своей смерти в 1750 году. Это был мой первый международный конкурс, первое достижение за рубежом, первые гастроли. В 1994-м на конкурсе имени Клары Шуман в Дюссельдорфе в жюри были такие корифеи, как Владимир Ашкенази, Марта Аргерих, Алексис Вайсенберг. Я стал лауреатом и началось сотрудничество со швейцарским хореографом Хайнцом Шпёрли, который тогда возглавлял балет "Немецкая опера на Рейне". Мой дом был в Одессе, но как музыкант я много работал в Германии, и постепенно эта страна становилась для меня второй творческой родиной.
–Что было главным в сотрудничестве со Шпёрли?
– В Дюссельдорфе я играл как пианист в триумфальном неоклассическом балете Шпёрли "Гольдберг-вариации" Баха. В 1996-м хореограф вернулся в Швейцарию, поставил "Гольдберг-вариации" с Цюрихским балетом, и я стал играть для балета в оперном театре Цюриха. Мой диск с записью этого произведения назвали диском месяца в Швейцарии. За четверть века было еще 19 проектов в Ля Скала, Дойче Опер в Берлине, балетной компании Оперы в Страсбурге и других городах, а "Гольдберг-вариации" после многочисленных гастролей от Осло и Лиссабона до Гонконга и Сингапура стали визиткой Цюрихского балета. Я играл эти бесценные вариации на концертах и без балета, так получилась фантастическая цифра – 327 раз. Это одно из редких по философской глубине произведений всегда открывается мне по-новому.
– Как возникла дружба с Марилуизой Бек, которая два десятка лет была депутатом Бундестага от вольного ганзейского города Бремена?
– Началось в 2014 году после аннексии Крыма и событий в Донбассе, когда Россия напала на Украину. В Одессе противостояние антимайдановцев и сторонников территориальной целостности Украины привело 2 мая к пожару в Доме профсоюзов; к сожалению, погибли люди и многие были ранены. Политический вектор при этом остался чётко проукраинский. Тем не менее город идейно был разделен, возможно, каждый четвертый одессит имел пророссийский настрой. Пять человек, в числе которых художник, директор Одесского художественного музея и активный участник Евромайдана Александр Ройтбурд, украинский поэт и переводчик Борис Херсонский и я, основали форум Одесской интеллигенции. Мы проводили дискуссии, убеждали в преимуществах евроинтеграции, и что путь, по которому, к сожалению, пошли "ДНР" и "ЛНР" – в никуда.
Хористы боялись, что в Одессе фашисты, реальный концлагерь прямо на улице
В Украину приезжали международные гости, и в их числе в мае в Одессу приехала немецкий политик Марилуиза Бек. Мы знали, что она была среди доверенных лиц Германии и Евросоюза при урегулировании кризиса в Косово. На встрече форума Одесской интеллигенции фрау Бек делилась идеями народной дипломатии, возник проект между одесскими музыкантами и бременским хором. Из Бремена в Одессу должны были приехать более ста хористов и с нашей стороны – оркестр, солисты, вокалисты, всего получалось до 150 человек на сцене. Организацией занимались я и моя супруга Лена. Первым делом по приглашению фрау Бек я поехал в Бремен знакомиться с хором. Общение оказалось незабываемым.
Многие хористы, видимо, слушали пророссийскую пропаганду и были настроена антиукраински, пророссийски. Наши культурные традиции никто не отрицал, но боялись, что в Одессе фашисты, опасно, реальный концлагерь прямо на улице. "Правда ли, что если кто-то заговорит по-русски на улице, то его сразу же побьют? Отправят в тюрьму? Правда ли, что у вас там фашизм?" – допытывались хористы. Я убеждал, что это не так. Поверили не все. "Я вам гарантирую безопасность, – сказал я, – приезжайте, посмотрите сами". И они приехали. Большинство были очень насторожены. На второй день всё изменилось (смеётся), возникли доверие и доброжелательность. Вернувшись в Бремен, эти люди стали проводниками любви, уважения, интереса к Одессе как части Украины, со всем культурным разнообразием, литературой, музыкой, историей. У нас Одесская филармония, у них Die Glocke на полторы тысячи зрителей, и вокруг этого разные мероприятия: круглые столы, дискуссии, выставки. Это проект не только музыкальный, было общение между людьми, много прессы. Из Одессы в Бремен отправились около 50 музыкантов. И так шесть раз. Забегая наперед скажу, что два года назад Бремен и Одесса подписали партнерское соглашение.
Много было важного. Во время второго визита в Одессу, мы пригласили фрау Бек в Музей Холокоста. Когда она узнала, что 25 тысяч евреев нацисты сожгли в одну ночь, для нее это был шок: "Одесская трагедия в Германии неизвестна, об этом надо говорить". Была кампания в немецкой прессе, и возник проект создания мемориала жертвам Холокоста, который сейчас приостановлен из-за российской агрессии. Благодаря фрау Бек, единственный выживший в ту трагедию 88-летний житель Одессы Роман Шварцман в этом году в Дни памяти жертв Холокоста выступил в Бундестаге. Он сравнил Путина с Гитлером и призвал Германию усилить военную помощь Украине. Прологом к историческому событию стали концерты одесских музыкантов с бременским хором – это сделала сила музыки.
– В 2015 году вы основали фестиваль классической музыки и современного искусства Odessa Classics. Что с ним происходит на исходе четвертого года войны?
Каждое такое событие – напоминание европейским жителям, что российская агрессия продолжается
– Наш фестиваль путешествует по странам. Концерты под брендом Odessa Classics проходят в Швейцарии, Германии, Бельгии, Греции, Эстонии, Литве, Польше, в декабре их будет 60. И каждое такое событие – напоминание европейским жителям, что российская агрессия продолжается, каждый день гибнут люди, что Украина и Европа нуждаются в защите. У нас много друзей. Благодаря поддержке Министерства культуры Греции, было 17 концертов и мастер-классы в Салониках. В Стамбуле и на других фестивалях я вместе с виолончелисткой Анастасией Кобекиной и скрипачкой Верико Чумбуридзе играл новое произведение патриарха украинской музыки Валентина Сильвестрова. Odessa Classics приглашают в культовый для музыкантов и политиков немецкий замок Эльмау. В прошлом году мы с Михаилом Шишкиным представили там литературно-музыкальную программу о Рахманинове, а этим летом – о Пушкине.
– Когда началось ваше сотворчество с писателем Михаилом Шишкиным?
– Сначала был музыкальный спектакль с двумя актерами по роману Михаила Шишкина "Письмовник", где я выступил как музыкант, и впервые – как сценарист и режиссер. Премьера в 2011-м была в Одессе, на следующий год – на немецком в Цюрихе: другой язык и театральные традиции Брехта потребовали адаптации. Показали спектакль десятки раз в Украине и Швейцарии. Вдохновленные успехом, подготовили литературно-музыкальную программу, в том числе о судьбе Прокофьева и Шостаковича, а также о французской и советской пианистке Вере Лотар-Шевченко. Она с мужем-эмигрантом из Российской империи вернулась в Советский Союз, познала утраты, арест, заключение, реабилитацию и признание. На её могиле в Новосибирском Академгородке выбито: "Жизнь, в которой есть Бах, благословенна".
– А что это за история с двумя концертными рубашками?
За месяц собрали концертами почти миллион евро для Украины
– Сразу после начала российского вторжения мы с британским скрипачом Дэниэлем Хоупом записали в Берлине на Deutsche Grammophon музыку Сильвестрова и начали активно выступать с концертами в поддержку Украины. Приглашений было столько, что за месяц собрали концертами почти миллион евро благотворительных взносов для Украины. Я был с семьей в Германии с минимумом вещей. Любой музыкант знает, что костюм – часть сценического образа, и когда подряд концерты, надо бы иметь четыре-пять рубашек, чтобы успевать в химчистку (одесский фэшн-дизайнер Дмитрий Доманов, который их сшил из шелка, строго-настрого запретил стирку). А у меня – Швейцария, Литва, Германия, фестивали в Салониках и Таллине и всего две рубашки. И тут узнал, что фрау Бек (у неё в Берлине аналитический центр Zentrum Liberale Modern) едет в Одессу: "Пожалуйста, привезите мои рубашки, это очень важно для профессии". А она: "Хорошо, заеду к вашей маме". В апреле я получил свои рубашки.
– Так ваша мама в Одессе? Сколько ей лет?
– Да, она в Одессе, и ей 82 года.
– Визуальные эффекты превращают концерт в мультимедийную мистерию. Вы продолжаете работать в этом жанре?
– Для классический музыки правила другие, чем для рока или попа. Впервые концерт классической музыки с видеоинсталляциями я сделал 16 лет назад. Вскоре возникло сотрудничество с киевским видеохудожником из VJ Videomatics Тарасом Коровяковским. У нас были разные форматы: проекции на экран, белый рояль или такие большие архитектурные формы, как колоннада Воронцовского дворца или Потемкинская лестница в Одессе. Я рад, что могу познакомить с Visual Classics жителей Европы. 28 января со скрипачкой Таней Сонц мы исполним в Кунстхаусе Цюриха произведения композиторов-минималистов Гласса, Рихтера, также Рахманинова и Макмиллана. Замечу, что минималистские сочинения украинского композитора Виктории Полевой тоже из этого же ряда.
– Какая ваша главная музыка Рождества?
Кристальный мотив, играя звуком как светом, предвещает Рождественское чудо
– Украинский "Щедрик" в обработке Миколы Леонтовича стал абсолютным хитом Рождества во всем мире. Мелодия напоминает по строению произведения любимых мною минималистов, в частности Филиппа Гласса. Кристальный мотив, играя звуком как светом, предвещает Рождественское чудо, песня переведена на многие языки, английская версия известна как Carol of the Bells. К сожалению, судьба автора украинского шедевра трагична. Леонтовичу было 43, когда зимой 1921 года его в отцовском доме на Винничине застрелил заезжий бандит-чекист. Затем в годы сталинских репрессий были убиты сотни украинских культурных деятелей, репрессированы десятки тысяч… А "Щедрик" и другие бесчисленные культурные достижения живы.
У меня с Рождеством связана еще и личная история. Я ведь из музыкальной семьи, моя мама – пианистка и концертмейстер Одесской консерватории, папа – композитор и музыковед. Я учился в младшей школе, когда родители развелись и мама вышла замуж за Анатолия Дуда, ведущего тенора Одесского оперного театра. С детства был на всех операх, и с тех пор люблю оперу даже больше, чем балет. Моя первая детская встреча со "Щелкунчиком" Чайковского была про Рождество. Там главная тема – идущая сверху вниз простая гамма соль мажор, и Петр Ильич так расставил гармонии, что сердце смеётся и плачет. Получилась милосердная сказка о надежде. Надежда всегда важна. Особенно сейчас для Украины важна надежда на мир, и в Рождество у надежды особая сила.
