В Москве во вторник, 22 января, прошли 25-е по счету личные переговоры президента России Владимира Путина и премьер-министра Японии Синдзо Абэ, на которых они вновь обсуждали перспективу заключения мирного договора между двумя странами и будущую принадлежность южной части Курильских островов. Абэ, по информации из Японии, в ближайшее время на одной из будущих встреч может предложить Путину подписать мирный договор на минимальных для Токио условиях – после передачи Японии лишь Шикотана, самого малого из обитаемых островов Южных Курил, и прилегающего необитаемого архипелага Хабомаи. В России в связи с этим проходят заметные протесты левых и националистов.
Накануне очередной поездки Синдзо Абэ в Россию японское агентство Киодо Цусин распространило привлекшую всеобщее внимание информацию – что японский премьер якобы готов объявить о согласии своей страны подписать мирный договор на основе Советско-японской мирной декларации 1956 года и при предоставлении гарантий того, что Москва отдаст Токио Шикотан и Хабомаи. Как полагают японские аналитики и журналисты, Абэ может в скором времени отказаться от претензий на Кунашир и Итуруп, два других, более крупных острова Южной Курильской гряды, понимая, что требовать их бессмысленно.
В течение десятилетий после Второй мировой войны все без исключения японские правительства и политические партии жестко настаивали на том, что главным и обязательным условием для заключения мирного договора с Советским Союзом, а потом с Российской Федерацией является возвращение Токио островов Итуруп, Кунашир, Шикотан и группы мелких островов и скал Хабомаи (их всего 21), которые в Японии называют "Северными территориями". По мнению же Москвы, не признающей даже самого факта наличия территориального спора с Японией, Южные Курилы, вошедшие в состав СССР по итогам Второй мировой войны, принадлежат ей абсолютно законно и их статус не подлежит сомнению.
В 1956 году СССР и Япония подписали Московскую декларацию, прекращавшую состояние войны и восстанавливавшую дипломатические отношения между странами. В ней также было зафиксировано согласие советской стороны на передачу Токио архипелага Хабомаи и Шикотана, но только после заключения мирного договора. Декларация была ратифицирована парламентами обоих государств 8 декабря 1956 года. Однако позже, после заключения в 1960 году между США и Японией Договора взаимном сотрудничестве и гарантиях безопасности советское и японское правительства аннулировали прежние договоренности. При этом Москва завила, что будет обсуждать перспективу передачи Южных Курил Японии лишь тогда, когда на ее территории не останется никаких иностранных войск – то есть американских.
В 1993 году была подписана Токийская декларация, где указывалось, что Российская Федерация – правопреемница СССР и что все соглашения, заключенные между Советским Союзом и Японией, будут признаны как Москвой, так и Токио. Было также зафиксировано обоюдное стремление решить вопрос о территориальной принадлежности южных островов Курильской гряды.
Накануне нынешней встречи Путина и Абэ пресс-служба Кремля заявила, что от Японии официальных предложений об условиях заключения мирного договора с Россией пока не поступало. При этом 14 января министр иностранных дел России Сергей Лавров после переговоров в Москве со своим японским коллегой Таро Коно заявил, что российский суверенитет над Курильскими островами даже не обсуждается. Позднее Лавров также добавил, что претензии Японии на "Северные территории" противоречат Уставу ООН, одна из статей которого гласит, что итоги Второй мировой войны незыблемы.
У посольства Японии в Москве во вторник были задержаны 11 человек, выступавших против передачи Курильских островов. Об этом сообщил портал "ОВД-Инфо" со ссылкой на лидера "Левого фронта" Сергея Удальцова. В прошлое воскресенье в Москве и других городах России прошли и другие акции против передачи Южных Курил Японии, организованные рядом левых и националистических организаций.
Об очередном визите Синдзо Абэ в Москву в интервью Радио Свобода рассуждает живущий в Токио российский публицист и политолог-востоковед Василий Головнин:
– Есть много сообщений, что премьер-министр Японии официально, сейчас или скоро, например, на будущем саммите G20 в японской Осаке, может заявить Путину о том, что согласен, говоря по-простому, только на остров Шикотан и гряду Хабамаи, то есть на минимальный для Токио вариант, лишь бы чего-то добиться.
– Первыми эти сведения выдали мои знакомые, коллеги из ведущего японского информационного агентства Киодо. Сообщили они об этом еще в воскресенье, и да, это была суперсенсация. Теперь Киодо во всех материалах, в бэкграунде о поездке Абэ в Москву об этом пишет уже как о факте, они в этом не сомневаются. Хотя опросы общественного мнения показывают, что большинство японцев такой вариант не поддерживают, они хотели бы получить все Южные Курилы.
Курильские острова: Вторая мировая не закончилась
– А передача Россией Японии всего лишь одного обитаемого острова Шикотан, на котором, впрочем, живут почти три тысячи россиян, и примыкающей гряды Хабомаи, если она все-таки случится, будет поражением или победой для японского премьера?
– Это, конечно, будет победой, торжеством его больших усилий, которые японцы очень оценивают. Безусловно, японцы хотели бы большего, и они привыкли к тому, что надо добиваться большего. Но японцы – народ реалистов, и они хотели бы, конечно, поставить точку в этом многолетнем конфликте. По опубликованным сегодня данным опроса, который провела очень большая и авторитетная леволиберальная японская газета "Асахи симбун", за вариант "два острова целиком плюс совместная хозяйственная деятельность на Итурупе и Кунашире, которые остаются частью России", то есть на двух самых больших и населенных островах, высказались где-то 38 процентов опрошенных. Это немало. Я думаю, если японцы поймут, что дело к этому идет, то и поддержка такого варианта расширится.
– Недавно Синдзо Абэ публично на могиле предков поклялся, что решит любой ценой вопрос о будущем Курильских островов. Для японца это сверхсерьезный поступок! Зачем он так сам загнал себя в жесткие рамки?
– Абэ любит ходить на могилы своих знаменитых деда и отца. Он регулярно отчитывается о собственных достижениях и своему деду, бывшему премьер-министру Нобусукэ Киси (который стал творцом японо-американского союза), и отцу Синтаро Абэ, бывшему министру иностранных дел, который известен тем, что очень активно выступал за развитие отношений и подписание мирного договора с Советским Союзом. Для Абэ поэтому проблема Курильских островов – это "семейное дело". Он вообще "человек миссии", сам считает себя именно политиком с особой миссией, и Абэ будет добиваться своей цели до конца. То есть – до сентября 2021 года, когда заканчиваются его полномочия. Думаю, что продлевать их еще и оставаться на посту премьера он не станет. А японцы, я уже говорил, очень оценивают именно усилия, которые с точки зрения японской морали и этики часто важнее результата. Поэтому если человек сделал все, чтобы достичь Цели с большой буквы, но не смог и, допустим, упал на Пути, его никто осуждать в Японии не будет.
– Но ведь Абэ может действительно упасть, образно говоря. То есть ничего у него не выйдет, ничего Москва Токио не отдаст. И что, он сэппуку сделает на этой самой могиле потом? Это же потеря лица – невыполненная клятва.
– Нет, он дал клятву не получить острова, а приложить для этого все силы. Его поступок в России несколько не так интерпретировали. Он сказал журналистам: "Я поклялся приложить все силы". То есть сделать все, что он может. Именно этим он и занимается сейчас.
– В России сейчас идут митинги против передачи Японии в любом виде какой-либо части Курильских островов. А в Японии на фоне визита Абэ и вообще за последние месяцы какие-то акции в связи с этим проходят? Может быть, есть какая-то агрессивная часть японского общества, которая выступает за гораздо более жесткое поведение в отношениях с Москвой?
– Да, конечно, такие люди есть. Это ультранационалисты, связанные часто с криминальным миром. Именно уголовные группировки нередко в Японии регистрируются и действуют под видом патриотических объединений. Но их крайне мало. Это те люди, кто приезжает к посольству Российской Федерации по известным датам – вступление Советского Союза в войну в 1945 году, или так называемый "День Северных территорий". Но в последнее время даже такая маргинальная активность очень сильно уменьшилась. Потому что японская патриотическая общественность больше занимается сейчас иными темами – спорами с Китаем, конфликтами с обоими корейскими государствами. На этом фоне спор о Курилах выглядит, в общем-то, не слишком горячей темой, даже для ультранационалистов.
– Раз мы заговорили в целом о японской внешней политике: недавнее заявление главы российского МИДа Сергея Лаврова о том, что Токио в целом следует более дружественно относиться к Москве и к Пекину и вообще "перестать следовать в русле западной политики санкций против России", это все сильно ли озадачило японское правительство и лично Синдзо Абэ?
– Об этом, естественно, широко сообщалось, но я бы не сказал, что это их сильно озадачило. Насколько я понимаю, и с учетом того, что мне говорят те люди, которые знакомы с ситуацией в верхушке правящей Либерально-демократической партии Японии, все это расценивается как просто ловкий ход на переговорах, как определенное воздействие на партнера, своевременное ужесточение позиции и так далее. Кстати, далеко не все руководители правящей партии, и тем более чиновники японского МИДа, поддерживают столь интенсивные переговоры Абэ с Путиным. За них выступает весьма узкий круг самых преданных сторонников лично премьера Абэ. Но они считают, что, что бы ни говорилось на уровне МИДов, решения будут принимать только первые лица обоих государств. И поэтому Абэ рассчитывает на то, что ему все-таки с президентом России лично удастся о чем-то договориться.
– То есть если в Москве кто-то и надеется на то, что внезапно Токио возьмет и, грубо говоря, сменит сторону баррикад, то это утопические мечты, совсем фантастический сценарий, и только совсем упертые российские пропагандисты могут говорить о том, что сие возможно?
– Конечно, такое абсолютно невозможно, прочный союз с США – основа основ японской политики вообще и политики в области обеспечения безопасности в частности. Тот же Абэ – самый горячий сторонник абсолютной дружбы Токио с Вашингтоном, это надо учитывать. Тем более что, действительно, Япония одинока в регионе, и ей, кроме как на США, рассчитывать в плане своей безопасности и не на кого. Потому что рядом с ней – постоянно усиливающийся Китай и неопределенный Корейский полуостров, который качает из стороны в сторону. В сущности, Синдзо Абэ во многом к мирному договору с Россией и этим уступкам, на которые он готов якобы идти, толкает в первую очередь даже не столько желание получить острова, а стремление в целом нормализовать отношения с Россией. Как-то на нее если не опереться, то получить с ее стороны некий доброжелательный нейтралитет во всем регионе. Потому что, когда Абэ говорит с Путиным об островах, он больше думает все-таки о Китае.
– Если обе стороны – и Токио, и Москва внутренне приготовятся договориться все-таки друг с другом, то вопрос о будущем российского населения Шикотана может торпедировать переговорный процесс?
– Если и возможен такой гипотетический вариант, в который я совсем не верю, то японские власти постараются сделать, я думаю, две вещи. Во-первых, всем желающим россиянам помогут уехать в основную часть России либо на Сахалин. Еще в 90-е годы, когда тоже были некие всплески переговоров по мирному договору, такие варианты в японскую прессу попадали, и назывались достаточно хорошие суммы денежных компенсаций для таких курильских жителей. А остальных россиян, если кто-то захочет остаться в Японии, будут инкорпорировать как-то в местное общество. Синдзо Абэ об этом говорил публично не раз – что русские и японцы могут спокойно сосуществовать на тех островах, которые могут стать японскими, – полагает Василий Головнин.
