На пустынной улице крымского села, прижавшись к маме, плачет восьмилетняя девочка. Ей только что рассказали, что она и сестры не поедут на встречу к отцу, который отбывает срок в республике Башкортостан, за две с половиной тысячи километров от дома. В последний раз дочери Руслана Зейтуллаева, осужденного по «делу Хизб ут-Тахрир», видели его три года назад.
Его жена Мерьем Зейтуллаева вспоминает ту встречу в зале суда.
«Разрешили хотя бы остановиться ему, дети обняли – а у него руки в наручниках были. Когда его в машину сажали, средняя, Муминешка, начала плакать, кричать. У нее истерика поднялась, мы не могли ее остановить. После этого он сказал: «Больше с детьми не приходи». Он понял, что для них это очень большой стресс».
Сначала суд приговорил Руслана Зейтуллаева к семи годам тюрьмы – якобы за участие в крымской ячейке «Хизб ут-Тахрир», исламской организации, которая легально работает в Украине, а в России признана террористической. Еще тогда Руслан сказал: «Я не рассчитываю на справедливость суда, этот суд будет необъективен».
Позже Верховный суд России признал его организатором ячейки и дал сперва 12, а после – 15 лет колонии строгого режима.
Вместе с ним задержали Нури Примова, Рустема Ваитова и Ферата Сафуллаева. Их обвинили в антироссийской деятельности. Главное доказательство российского следствия – аудиозапись засекреченного свидетеля, на которой слышно, как задержанные обсуждают судьбу организации «Хизб ут-Тахрир» после аннексии Крыма Россией.
В заключении Руслан трижды объявлял голодовку, требовал прекратить преследования крымских татар на полуострове, выступал за то, чтобы его и всех остальных политзаключенных выдали Украине.
«В этом свидетеле ребята узнали одного араба, который проживал у них в селе. Именно он их позвал на встречу, он задавал определенный тон этой встрече, задавал провокационные вопросы. Он эту встречу записал на видео и потом это видео передал сотрудникам федеральной службы безопасности», – рассказал адвокат Эмиль Курбединов.
Мужчины не признали вину и на всех заседаниях суда утверждали: они – не террористы, их преследуют за несогласие с российским режимом. Адвокаты не исключают, что севастопольскую четверку арестовали из-за давнего конфликта среди мусульман. Еще в 2012 году в селе судились за руководство местной религиозной общиной, за землю и мечеть.
Руслану Зейтуллаеву было двадцать девять, когда в его дом в селе Орлиное (Севастополь) ворвались российские силовики. Он работал строителем, возводил дом для семьи. Его старшей дочери тогда было пять, средней – три, а самой младшей – два года.
После расставания с отцом у девочек начались проблемы со сном, они стали более ранимы, чем их ровесницы, глубже переживают бытовые проблемы. Психолог общественного фонда проекта «Бизим балалар» помогает вывести их из состояния тревожности.
«Арт-терапия предполагает, что именно в творчестве у детей создаются моменты маленьких успехов: я сделал – я молодец. И это повышает самооценку, которая была занижена стрессом, переживанием», – рассказывает психолог Татьяна.
Старшие девочки хорошо помнят отца. А вот самая младшая – Нурие – значительно хуже. «Я стараюсь напоминать, – говорит Мерьем. – Показываю фотографии, видео – чтобы она понимала, что это отец».
Два года без мужа и отца: как живет семья Зейтуллаева (фотогалерея)
Психолог советует семье воспитывать детей так, будто отец рядом: поддерживать его авторитет, напоминать о чувствах отца: мол, если мама передаст ему, что дети балуются, он может расстроиться.
На встречи с родными в колонии очередь, до Зейтуллаевых она дойдет, скорее всего, в феврале. Девочки старательно готовят открытки отцу со словами о любви. Мерьем перед отъездом сфотографирует детей, чтобы показать мужу, как они выросли.