Интервью. Поволжье

"Страх стал постоянной эмоцией". Жительницу Кирова обвинили в "дискредитации армии" за зелёную ленту в косе 

Алексей Гончаренко: "Враг моего врага — мой друг". Украинский депутат — о борьбе с "тюрьмой народов"

Уфа без "Z". Писатель из Башкортостана придумал новую форму антивоенного протеста

"Тревожное состояние в связи с ситуацией". Как изменилась жизнь ЛГБТ-людей после 24 февраля

За жалобу на баннер с буквой "Z" на здании Дома офицеров в Перми посыпались угрозы

"Вспоминается поздний СССР". Жители Башкортостана — о меняющейся из-за войны реальности

"У любого нормального человека должно быть неприятие войны"

Жительница Уфы Юлия Самойлова — о своем протесте

"Начинается кошмар и безумие". Студента из Казани преследуют за его антивоенную позицию

"Нет такого преступления, на которое эта власть не пошла бы"

Астраханский политик Михаил Долиев — об эмиграции, настроениях в регионе и планах на будущее

"В целом все плохо". Жители Марий Эл — о последствиях санкций

Артем Борискин: "Надеюсь стать частью украинского общества"

Почему солдат убивает и насилует — интервью с военным психологом

"Люди быстро привыкают ко всему, тем более — русские". Как война меняет жизнь

"Татары выживут только в демократической России". Глава ликвидированного ВТОЦ — о будущем организации

Бежал с оборонного предприятия. Бывшему сотруднику аннулировали загранпаспорт на границе

Дмитрий Домовецких работал на военном предприятии в Оренбурге, бежал от ФСБ и пешком перешел белорусско-литовскую границу

Синдром активистского выгорания: защищать Гавриловскую рощу Казани оказались готовы единицы

"Мы наблюдаем не информационную войну, а ценностную". Аналитик из Удмуртии Олег Аникин — о давлении ФСБ и будущем России

"Ничего хорошего Россию не ждет". 54-летний житель Набережных Челнов после обыска уехал из страны

"Ограбление по-удмуртски". Кто и зачем снимает комедию на удмуртском языке

"Ребята, вы не жили в войну и не знаете, что это такое". В Перми 83-летнего художника Ивана Коретникова оштрафовали за антивоенную позицию

"Отъезд не остановит войну". Почему несогласные остаются в России?

"Сейчас административка, следующая — сядешь". Уфимец Артур Аблатыпов проводит антивоенные акции

"Я понимаю, как эти события скажутся на наших детях"

Уфимец рассказал, почему вышел на антивоенный пикет

Глава нижегородского "Яблока" Олег Родин — о причинах эмиграции и будущем

"ГУЛАГ в России не кончается". Пятерым свидетелям Иеговы в Кирове грозит реальный срок за чтение Библии и пение псалмов

"Я не хотела, чтобы мой ребёнок рос в России". Гражданка Израиля из Самары — о том, как проходит репатриация россиян

"Языки, которым не повезло". Как устроен языковой активизм в Пакистане

Татары спасли еврейского мальчика от нацистов во время Второй мировой. Теперь его внуки помогают татарам из Украины

Активиста Михаила Иосилевича приговорили к 1 году и 8 месяцам колонии-поселения. Вот что он рассказал перед вердиктом суда

"В России сейчас происходят такие вещи, что не позволяют тебе делать ничего. Ну, или сидеть в тюрьме"

Экс-координатор штаба Навального в Йошкар-Оле уехал из России