Ссылки для упрощенного доступа

Война и логика. Виталий Портников – об ошибках диктаторов


После президентских выборов на Тайване наблюдатели наперебой пытаются предсказать дальнейшее развитие ситуации. Действительно ли Пекин готов будет к обострению ситуации после победы на выборах кандидата Демократической прогрессивной партии Лая Циндэ, которого официальный Китай называет не иначе как "сепаратистом"? Может быть, тайваньцам стоило бы отдать свои голоса кандидату от оппозиционного Гоминьдана Хоу Юи, намеревавшемуся быть "миротворцем"? Ведь в КНР уже заявили, что выборы продемонстрировали отсутствие у нового президента поддержки большинства населения Тайваня. По поводу победы Хоу Юи наверняка прозвучали бы другие комментарии…

Но я хорошо помню, как те же наблюдатели комментировали итоги президентских выборов в Украине в 2019 году. Тогда успех Владимира Зеленского, намеревавшегося поговорить с Владимиром Путиным и завершить войну в Донбассе, казался многим настоящим триумфом здравого смысла, отказом большинства украинских граждан поддерживать "партию войны", лидером которой был объявлен предыдущий президент Петр Порошенко. Оптимисты почему-то забыли, что в 2014 году, когда был аннексирован Крым и начата война на востоке Украины, в Кремле лидерами партии войны объявляли председателя Верховной рады и исполняющего обязанности президента страны Александра Турчинова и премьер-министра Арсения Яценюка, а как раз избранного президентом Порошенко воспринимали как умеренного политика и партнера по диалогу. Именно так отзывался о Петре Порошенко накануне первой встречи в Нормандии Владимир Путин, назвавший избрание Порошенко президентом "выбором украинского народа". Но когда в Москве убедились, что капитулировать Порошенко не готов, лидером "партии войны" в глазах российской пропаганды оказался уже новый президент Украины, в легитимности которого стали выражать очевидные сомнения.

С Зеленским ситуация развивалась по схожему сценарию: "выбор украинского народа", заявления о готовности поддерживать диалог, обмен новогодними поздравлениями, встреча, сомнения в легитимности и, наконец, большая война.

Нам, конечно, нравится сейчас говорить, что время работало на Украину, но вот только на самом деле оно работало на Путина

Но, если призадуматься, мог бы Путин добиться желаемого без применения силы? Для того чтобы ответить на этот вопрос, стоит перенестись в 2013 год, когда Кремль фактически спровоцировал украинский кризис, заставив тогдашнего президента страны Виктора Януковича отказаться от подписания соглашения об ассоциации с Европейским союзом. Только представим себе, что Путин не настаивает на этом отказе и Янукович ставит свою подпись под документом во время саммита в Вильнюсе. При этом большинство руководителей Украины – как мы это поняли по повальному бегству верхушки страны в Москву и Ростов в 2014 году – агенты российских спецслужб. Большая часть населения выступает против вступления Украины в НАТО. Действует закон о "региональных языках", фактически маргинализирующий украинский язык и культуру на востоке и юге Украины. Лидер оппозиции Юлия Тимошенко – в тюрьме, а самой оппозиции приходится поддерживать Януковича в его евроинтеграционном курсе. Экономика Украины все в большей степени контролируется российскими олигархами, получающими дополнительный инструмент экспансии на Запад после подписания евроинтеграционного соглашения. Российские и пророссийские телеканалы продолжают прочно удерживать население Украины в идеологической парадигме "русского мира", Путин и Лукашенко остаются самыми популярными и любимыми политиками для большинства украинцев. При этом продолжается строительство "Северного потока", так что время, когда Украина все еще интересует Россию и Запад в качестве транзитного государства, ограничено несколькими годами. Ну да, соглашение об ассоциации. Грузия тоже его, между прочим, тогда подписала.

Можно задать простой вопрос: чего еще Путину не хватало? Он взял реванш за Майдан 2004 года, украинцы были явно разочарованы дрязгами лидеров послереволюционной власти и предпочли им "крепкого хозяйственника" – рецидивиста, интересовавшегося исключительно семейным бизнесом. Украинские институции разваливались на глазах, демократические силы привычно ругались, часть гражданского общества соглашалась с тем, что ради подписания соглашения об ассоциации можно стерпеть и избирательное правосудие… Нам, конечно, нравится сейчас говорить, что время работало на Украину, но вот только на самом деле оно работало на Путина.

Но Путин больше не хотел такой сложной и долгой игры. И каждый раз, когда речь шла об Украине, он выбирал худший вариант из возможных. Если бы в 2014 году не было Крыма и Донбасса, российское политическое влияние восстановилось бы уже на следующих выборах, как это и произошло после Майдана 2004 года. Если бы в 2019-м Путин договорился с Зеленским и пошел бы на интеграцию оккупированных территорий в состав Украины – даже без Крыма, – пророссийские силы вновь увеличили бы свое влияние, а Украина Зеленского стала бы Грузией Иванишвили. Но он всякий раз предпочитал насилие политическим маневрам. Потому что верил – и верит, – что никакой Украины нет и ее руководители должны делать то, что им говорят. А ее население – "испорченные русские", которых нужно "вернуть в родную гавань". Ну или убить, если они не возвращаются. И все остальное – война, санкции, превращение России в тоталитарного монстра, разрушение Украины – следствие того, что российская власть руководствуется не политической логикой, а верой в собственную картину мира.

Теперь просто задайте себе вопрос: что Си Цзиньпин думает о Тайване? Да, именно то же самое: жители острова – "неправильные китайцы", которых нужно вернуть в родную гавань. Ну или убить, если они не возвращаются. А все остальное – крах экономики Китая, чипы, санкции, разрушение Тайваня – может оказаться просто следствием веры в эту картину мира. И только.

Такие люди, как Владимир Путин и Си Цзиньпин, – и такие структуры, как ФСБ или КПК, – отступают не тогда, когда с ними хотят договориться: плевали они на это вечное желание посмотреть в глаза. Они отступают только в случае, если им грозит сокрушительное поражение. Если для этого поражения существуют объективные условия.

В любом другом случае они нападают. Это все, что нужно знать о войне в Тайваньском проливе. Как, впрочем, и о войне в Украине. Как, впрочем, и о любом другом будущем столкновении демократии с деспотией и догматизмом.

Виталий Портников – украинский журналист и политический публицист, автор и ведущий программы Радио Свобода "Дороги к Свободе"

Мнения, выраженные в рубрике "Право автора", могут не совпадать с точкой зрения редакции

XS
SM
MD
LG