Лидер венесуэльской оппозиции Мария Мачадо сделала Дональду Трампу замечательный подарок: она преподнесла ему памятную грамоту и медаль Нобелевской премии мира, полученные ею в прошлом году. После встречи в Белом доме Трамп написал, что Мачадо "замечательная женщина, которая многое пережила".
Эта встреча прошла на фоне обострения ситуации вокруг Гренландии. После заявлений Трампа о важности Гренландии для безопасности США на остров прибыли десятки военнослужащих из европейских стран. Президент Франции Макрон заявил, что “пересечение красной линии” Вашингтоном поставит под вопрос экономическое сотрудничество Евросоюза и США.
Вопреки ожиданиям, США не оказали силовую поддержку участникам протестов в Иране. Агентство AFP утверждает, что принять такое решение Трампа уговорили представители Катара, Саудовской Аравии и ОАЭ. США лишь ввели новые санкции против Ирана.
Озадачило экспертов заявление Трампа о войне России и Украины. Президент США назвал Зеленского “главным препятствием к миру”.
О внешней политике администрации Трампа и отношениях между США и РФ говорим с политологом Дмитрием Орешкиным и журналистом Ефимом Фиштейном.
На ежедневном брифинге журналист кремлёвского пула спрашивает пресс-секретаря Путина: "Считает ли Кремль США надёжным партнёром в переговорах после задержания главы Венесуэлы?" Песков на это сухо отвечает, что “Россия ценит усилия Америки по мирным переговорам”. Двумя днями ранее министр иностранных дел России Сергей Лавров критиковал Америку за "разлом мировой системы". Мы собрали последние новости международной политики США и попробуем определить, какие из них больше всего тревожат Кремль.
Какие выводы Кремль делает, наблюдая за тем, какие заявления звучат от США, и как США взаимодействуют с Европой относительно Гренландии? Отвечает Дмитрий Орешкин:
– Путин вчера вдруг обозначил некоторую тягу к контактам с европейскими странами. Кремль делает выводы достаточно простые. Соединенные Штаты в глазах Путина усиливаются, а для Путина сильный политик – это тот, который что хочет, то и делает, это его мечта. Вот Трамп делает примерно так. Путину это не нравится, потому что он сам хочет делать, что хочет.
Путин Трампу завидует, на Трампа злится
Теперь он хочет наладить какие-то новые отношения с Европой в качестве противовеса Трампу. Путин по-прежнему поддерживает идею раскола западного мира, о чем он говорит уже 4 года, что весь западный мир – это вражда, нас стараются уничтожить. Раньше он ‘танцевал танго” с Трампом, сейчас вдруг обозначил симпатии, скажем так, к Европейскому Союзу, при том, что сохраняет свои интересы, как он их понимает, применительно к Украине. Так что Путин Трампу завидует, на Трампа злится, Трамп его обидел с Мадуро, с танкерами, с Сирией, Трамп много чем его обидел. Путин хотел бы тоже так действовать, но у него не очень-то получилось.
Трамп у себя в соцсетях объяснял, что ему нужна Гренландия, чтобы полноценно построить систему “золотой купол”, то есть вполне конкретная военная цель. Почему её можно критиковать?
– Уже лет, наверное, 50 назад у Соединенных Штатов в Гренландии было то ли 15, то ли 18 военных баз. Никто им не мешает сейчас там построить военные базы. Зачем Трампу для этого надо объявить Гренландию частью Соединенных Штатов, непонятно. И примерно 80% избирателей Соединённых Штатов так думают. Только 17% поддерживают идею Трампа, что эту территорию надо присоединить к Америке.
В территории надо инвестировать
Американцы, в отличие от российской ментальности, воспитанной на советской системе ценностей, понимают, что территории – это не то, что приносит тебе доход, а то, что требует о себе заботы. В территории надо инвестировать. Почему-то российское мышление полагает, что чем у тебя больше земель, тем ты богаче. Так было 200 лет назад в том смысле, что с этих земель можно было брать рекрутов, проще было воевать с такими большими землями, поэтому все страны старались расшириться. В XXI веке так не работает. В XXI веке работает геополитика потоков, а не геополитика площадей. И средний американец это чувствует. Именно поэтому Соединенные Штаты не хотят принять в свой состав, например, Пуэрто-Рико. Это маленькая страна, которая хотела бы быть пятьдесят первым штатом. Её не принимают, потому что понимают, что туда надо будет инвестировать существенное количество денег, чтобы поднять её до уровня среднеамериканской территории. А эти деньги можно потратить на себя. Вот американцы любят тратить на себя. Поэтому они Трампа и избрали, чтобы Make America great again. Трамп, вопреки тому, что обещал, начинает экспансию. А экспансия – это очень затратное мероприятие. Американцы это знают на опыте Аляски. Для русского постсоветского мышления Аляска – это такая территория, которая приносит золото, там все купаются в благополучии.
Трамп реализует идеалы XVIII-XiX веков
На самом деле это дотационный регион, куда федеральный бюджет Соединённых Штатов из кармана налогоплательщика вынужден закачивать довольно много денег. Американцы, поскольку любят и умеют считать копейку, это понимают. Русский человек не понимает, и не понимает, что денег у государства нет никаких, кроме тех, что он сам государству, заплатил. В этом смысле Трамп реализует идеалы XVIII-XIX веков или, если угодно, идеалы Советского Союза: "чем мы обширнее, тем величественнее". Что Трампу нужно? Добывать редкоземельные металлы? Да пожалуйста, уже 40 фирм в Гренландии имеют лицензии на добычу разных металлов. Что мешает это делать американцам, непонятно. Строить военные базы, порты, ракетные установки? Дания только благодарна будет. Но Трампу надо присоединить эту территорию. Он же пришёл под изоляционистскими лозунгами, за что за него и проголосовали в США. Трамп всего год у власти, и уже вывернул свою программу наизнанку. Надо быть очень большим сторонником Трампа, чтобы этого не замечать.
По оценке журналиста и аналитика Ефима Фиштейна, несмотря на разногласия, несмотря на противоречивость конкретных действий и заявлений, Трамп добился определённых целей, в том числе America First, с чем он приходил.
– Ситуация несравнима с той, которая была год назад, в момент прихода Трампа к власти. Тогда речь шла об окончательной многополярности мира, то есть об исчезновении центров влияния, центров принятия решений. Сейчас ситуация абсолютно иная. Америка стала почти монопольным центром принятия основных глобальных решений силы, то есть возможности Соединенных Штатов напугать, подчинить себе стороны, которые играют в противоположном лагере. Америка сейчас сильна, как никогда. Несмотря на внешнюю противоречивость действий, порой они выглядят как набор импульсов, они складываются в один довольно мощный поток. Это восстановление роли гегемона Соединёнными Штатами за последние месяцы.
Получается ли восстановить роль гегемона, и как Кремль на это реагирует? Посмотрим, каковы были заявления и действия Трампа в Восточном полушарии. Начнём с Ирана.
Главный вывод из последних новостей про Иран и про Венесуэлу, считает Ефим Фиштейн – то, что Трамп показал: он свою угрозу может реализовать, и Кремль это учитывает:
– Можно заметить, что везде, где Трамп применил принцип угрозы, он в результате добивался ожидаемого. Почему? Он показал, что он может и реализовать эти угрозы. Никто в нынешнем мире не настолько отважен, чтобы рискнуть почувствовать на себе результат американской новообретённой силы.
Трамп таких гарантий никому, с кем он играет в мире, не дает
В Иране Трамп не закончил пока принцип своего нажима, он его отложил. При этом нет никакой гарантии того, что иранский теократический режим обеспечил себе дальнейшее длительное существование. Трамп сознательно таких гарантий никому из тех, с кем он играет в мире, не даёт. Каждый этот режим всё-таки ощущает над собой дамоклов меч. Это ощущают венесуэльский режим нынешний, иранский режим. И в конечном счёте, ощущает путинский режим. Все речи о том, что Трамп зависит от Путина, это даже не смешно. Путин в своём бункере сто раз в день думает, что с ним может произойти в результате реализации какой-то из трамповских угроз. В этом и заключается какое-то необыкновенное умение мазать, как говорится, мёд на губы, и в то же время давать понять, что “остерегись, один неверный шаг – и ты можешь оказаться там, где оказался Мадуро”.
Примеряет ли Путин на себя на себя участь Мадуро? Отвечает Дмитрий Орешкин:
– Думаю, это вряд ли. Никто не среди трампистов, ни среди путинистов, так не мыслят, высадить спецназ в Москве и выкрасть Путина даже в смелых мечтах вряд ли возможно. Я согласен с господином Фиштейном в том, что Трамп перехватил повестку у Путина. Путин хотел бы разделить мир на сферы влияния. У Трампа это получается, у Путина не очень. Доктрина Монро, на которую ссылается Трамп, заключалась в том, что Западное полушарие – это зона интересов Соединенных Штатов, и нечего в Европе делать. В некотором смысле он через 200 лет пытается эту концепцию отработать. Почти получается, хотя молчит Китай, который с интересом за этим наблюдает, накапливает потенциал, не делает резких заявлений, но потихонечку выходит хозяином Восточного полушария.
Трамп перехватил повестку у Путина
А Путин “не при делах”. Вот что его больше тревожит. Он не думает, что его выкрадут, как Мадуро. Он думает, что “его колхоз” на глазах сокращается. И это правда, потому что захочет Трамп уничтожить, скажем, Кубу, и что Путин ему в ответ сделает? Захочет Трамп отбирать корабли у Путина, и это сделает. Это означает, что Путин слаб, он Трампу проигрывает. Но Трамп, заявив про изоляцию Соединённых Штатов, на самом деле становится самым очевидным глобалистом. Вот мы видим, что он уже в Иране, что он в Газе, мы видим, что он сейчас в Гренландии. Значительную часть его самых кондовых избирателей это удивляет, тревожит и даже раздражает. Конечно, он хотел бы быть начальником мира и вернуть мир к ситуации, которая называется однополярный мир. Владимир Путину это не может нравиться, потому что он предполагал, что мир становится многополярным. Но почему-то Украину частью этого многополярного мира он не считал. Он считал полюсом Кремль, а не Киев. А Киев показал, что если уж многополярный мир, то у Украины не меньше прав, чем у Кремля. Путин пытается доказать противоположное. А что интересно, Трамп ему перечить не хочет. Он хочет его обыграть не в военном противостоянии, а, скажем, в нефтяном. Но за эти игры кровью платит Украина.
Вчера Путин снова говорил о системе безопасности с учетом интересов России. Верит ли Кремль на самом деле, что кто-то, Америка, в частности, собирается учитывать интересы Путина?
– Путинская трагедия заключается в том, что уже практически никого не интересует, что он говорит. Он говорит много, неинтересно, одно и то же. То есть разное, но одно и то же, по сути дела.
за эти игры кровью платит Украина
Он может про печенегов рассказывать или про ещё что-нибудь, но логика заключается в том, что ресурсов у него нет. Он 4 года не может победить Украину. Что бы он ни говорил про многополярный мир, про интересы России, все вокруг видят, что он эти интересы, как он их понимает, защитить не способен. Другой вопрос, что он глубоко ошибочно, извращённо понимает интересы России, отделяя её от Европы, возвращая её к какой-то восточной политической автократии. Но он даже этого не может сделать. Он может изолироваться, может превратить страну в какую-то второсортную державу, но говорить о том, что у него есть глобальные интересы и какая-то сфера влияния, он уже не может, потому что из его сферы влияния изъяли Мадуро.
