Вербовка людей на войну против Украину дается России сложнее, а огромные масштабы потерь российской армии становятся все более явными. Украинские военные открыто ставят своей целью лишать Россию солдат быстрее, чем она может эти потери восполнять. Радио Свобода собрало вместе различные оценки этого соотношения и проанализировало их, чтобы проверить, достигают ли ВСУ этой цели.
Темпы российских потерь
"Медуза" и "Медиазона" в мае опубликовали новые данные о российских потерях на основе изучении реестра наследственных дел и решений судов о признании военнослужащих погибшими. Согласно им, с начала войны против Украины погибли около 352 тысяч российских военных.
Есть список погибших российских военных, чьи имена были установлены по открытым источникам журналистами "Медиазоны" и Би-би-си вместе с группой волонтеров. В списке около 218 тысяч человек.
Радио Свобода сравнило эти оценки с данными российских потерь, которые подсчитывает Генеральный штаб украинских сил.
Оценки "Медузы" и "Медиазоны" находятся в высокой корреляции с данными Генштаба ВСУ – 0,937. Это означает, что совершенно различные методики оценки российских потерь дают одинаковую динамику. Это не является подтверждением достоверности данных ВСУ: они могут быть системно завышены или занижены.
Достоверно оценить российские потери в 2026 году по исследованиям журналистов нельзя, поскольку они получают и обрабатывают данные с опозданием. Единственным источником информации о потерях российской армии в этом году остаются оценки украинского командования.
Генштаб ВСУ оценивает безвозвратные и санитарные потери ВС РФ за первые три месяца 2026 года в Эти данные включают в себя абсолютно все потери: не только погибших, но и пропавших без вести, раненых, и санитарные потери, то есть речь идет не только о безвозвратных потерях.. Командир Сил беспилотных систем Украины Роберт Бровди с позывным "Мадьяр" называет то же число, но утверждает, что это потери только от беспилотников.
Темпы вербовки в России на войну
Вербовка контрактников на войну в России замедляется, утверждает экономист Янис Клуге, который ведет подсчеты на основе открытых данных российского бюджета – в частности, средств, выделенных для оплаты контрактов при подписании и при смерти военных.
Согласно его исследованию, в первом квартале 2026 года число набранных сократилось на 20% по сравнению с прошлым годом. В среднем ежедневно вербовали 800 новых солдат по контракту – или лишь немногим больше 70 тысяч В зависимости от источника информации, темпы вербовки российских военнослужащих в первом квартале 2025 года составляли от 1000 до 1200 человек в день. В первом квартале 2026 года этот показатель снизился до 800–1000 человек в день.
Роберт Бровди утверждает, ссылаясь на сведения разведки и другие источники, что Россия завербовала за первые три месяца года 80 тысяч военнослужащих – это больше, но сравнимо с данными Клуге.
Таким образом, разница между потерей и набором военнослужащих в российской армии за первые три месяца 2026 года может составить 10-20 тысяч человек. При этом важно учитывать, что украинские данные о российских потерях могут быть завышены, а часть российских военнослужащих после ранений возвращается на фронт, поэтому приведенная статистика не позволяет определенно утверждать, что российские потери значительно превышают темпы набора добровольцев.
Так или иначе, замедление темпов набора контрактников остается проблемой для российских властей. Оно не является результатом "снижения спроса" со стороны Министерства обороны, подчеркивает Клуге, но необходимого российским властям результата, по всей видимости, это не дает – а значит, даже деньги не обеспечивают необходимого притока.
В Conflict Intelligence Team отмечают, что на снижение темпов набора контрактников влияет в том числе сезонный фактор, но даже с поправкой на него они наблюдают падение.
"Как и ожидалось, возможности по набору не бесконечные, но далеко идущие выводы пока делать преждевременно", – говорят аналитики CIT, добавляя, что не видят глобальных изменений на фронте для российской армии, связанных с падением темпа набора контрактников.
Украинский аналитик и глава группы Frontelligence Insight, пишущий в социальной сети X под именем Tatarigami_UA, также считает, что снижение числа рекрутов – ожидаемый результат затяжной войны. По его мнению, с 2022 года практически все идеологически мотивированные добровольцы уже вступили в российскую армию, а сегодня главными механизмами набора остаются деньги и социальные возможности в сочетании со "скрытой мобилизацией": вербовкой подследственных, задержаниями со стороны полиции и миграционной службы с предложениями пойти в армию и прочими методами.
"После нескольких лет войны все больше людей в России понимают: их шансы вернуться невредимыми и с деньгами становятся все ниже, а при отсутствии ясной даты окончания войны вероятность не вернуться только растет. В результате Россия фактически выскребает остатки демографического резерва: выплаты растут, тогда как качество рекрутов с 2022 года последовательно снижается. Важно учитывать, что даже склонные к риску люди, ищущие быстрых денег, начинают осторожнее оценивать свои перспективы на войне. Со временем это создает эффект негативного отбора: за всё более крупные суммы идут всё более отчаявшиеся или беспечные люди", – говорит Tatarigami.
Кроме того, по его словам, от новобранцев не ожидают продолжительного выживания и не требуют хорошей подготовки: большинство из них выполняют одну и ту же "рискованную и низкоквалифицированную" задачу на поле боя:
"Им нужно продвигаться между украинскими оборонительными позициями, находить брошенные укрепления или подвалы, занимать их, удерживать и ждать, пока следующая пехотная группа не примет захваченную позицию, — и так по кругу, пока их не убьют".
Методы вербовки в российскую армию
В ситуации, когда вербовка граждан за деньги не приносит необходимого количества рекрутов, власти ищут альтернативы. Проект "Призыв к совести" пишет, что российские власти вербуют в первую очередь тех, кто находится в уязвимом положении: мигрантов, студентов с академическими задолженностями, срочников, находящихся в части, людей с зависимостями, всем обещают безопасную службу, тыл, управление дронами.
Попытки массово вербовать студентов, получившие громкую известность в начале года, теперь широко задокументированы.
Рассказывается, что перед российскими вузами поставлен план по набору контрактников – 2% от Студентов в России – свыше 2 миллионов, то есть власти рассчитывают на десятки тысяч рекрутов. Молодых людей агитируют или отчисляют за несданный зачет и сразу предлагают подписать контракт. Студенты жалуются на шантаж и угрозы, в том числе несдачей экзаменов и отчислением.
Студентов зазывают в операторы дронов и обещают годичный контракт, но юристы предупреждают, что все контракты бессрочные, и судьба военнослужащего – на усмотрении командования. В одном из известных случаев студент думал, что подписал договор на управление автомобилем в тылу, без упоминания "СВО", а потом ему объявили, он пойдет на фронт "штурмовиком".
Российские власти, при этом, видимо, действительно стремятся усилить беспилотные войска, учитывая, что война в Украине во многом превратилась в войну дронов.
В открытом доступе появился документ, согласно которому в российские Войска беспилотных систем в 2026 году собираются набрать около 80 тысяч человек, не только вербовкой студентов, но и переводами солдат срочной службы на контракт.
Со специальным разъяснением "наиболее острых вопросов" и "опровержением фейков" выступил начальник Главного военно-политического управления ВС РФ Виктор Горемыкин, заявивший, что контракты заключаются только добровольно сроком на год, студентов к участию в СВО не принуждают, запрещен перевод военнослужащих войск беспилотных систем в другие части "без их согласия".
Но, вероятно, Министерство обороны все равно сталкивается с трудностями в вербовке. Re:Russia приводит результаты опросов, согласно которым "молодежь в целом и студенты в особенности – наиболее скептически и негативно настроенная в отношении войны категория россиян": лишь 20–25% готовы выразить поддержку войне.
"Нет сомнения, что кампания вербовки привлечет какое-то количество молодых людей, в особенности в дроновые войска – в контексте геймерского восприятия этого рода службы. Однако решить проблемы нехватки живой силы в российской армии для успешного наступления эта кампания, учитывая демографическую узость данной группы и ее негативный настрой в отношении войны, вряд ли способна", – отмечают авторы исследования.
Российский провоенный блогер Александр Васьковский в начале апреля написал, что за несколько месяцев агитации студентов вступить в беспилотные войска контракт подписали меньше двух тысяч студентов по всей России, несмотря на масштабные встречи с военными, лекции и раздачу агитационных материалов. Теперь, по его словам, государственным предприятиям приказали "начать беспрецедентное давление на бюджетников в регионах и сотрудников предприятий ради заключения контрактов на "СВО" (против Васьковского вскоре возбудили уголовное дело).
12 мая 2026 года Русская служба "Би-би-си" рассказала о первом известном случае гибели на войне российского студента, завербованного в беспилотные войска: 23-летний житель Бурятии Валерий Аверин заключил контракт 3 января 2026 года, прошел обучение на оператора дронов и погиб 6 апреля под Луганском. Обстоятельства гибели неизвестны. Би-би-си подчеркивает опасность службы оператором дронов – на них "идет усиленная охота".
Еще один популярный метод набора – вербовка на предприятиях.
Известность получил приказ губернатора Рязанской области Павла Малкова, обязавшего все предприятия региона, государственные и частные, "подбирать кандидатов для службы по контракту": компании со штатом 150–300 человек должны найти двух кандидатов, 300–500 – трех, свыше 500 – пятерых. Последствия за невыполнение не указаны.
В сети появилось видео, записанное сельским фельдшером Надеждой Битюцкой, которая утверждает, что главный врач их медицинского учреждения подписал документ, "присланный свыше". В нем якобы говорится, что до конца года один сотрудник из среднего персонала должен на год "добровольно" отправиться на войну против Украины.
Сибирь.Реалии рассказывают, что в регионах работников бюджетных учреждений принуждает заниматься вербовкой:
"Не требуют предоставить подписанные контракты, понимают, что это невозможно. Но требует составить список людей, с которыми мы на эту тему "поговорили". С каждого сотрудника – минимум 10!", – рассказывала сотрудница музея.
Практика тихой вербовки на предприятиях, впрочем, существуют давно. Газета.ру опубликовала интервью с вербовщиком с госпредприятия. Он утверждал, что его и другие бюджетные компании стали привлекать к поиску контрактников на "СВО" с 2023 года.
"Минимальный план был меньше десяти человек за месяц, максимальный – около 40. Пиковым был 2024 год, когда ВСУ вторглись в Курскую область", – утверждал он.
Начальство якобы требовало от подчиненных приводить людей любыми средствами: через кадровые службы, сайты по поиску работы и знакомых. Рекрутерам, по словам собеседника Газеты.ру, сначала обещали по 25 тысяч рублей за каждого рекрута, но "рекрутерам со стороны", по его словам, платят намного больше: за время войны якобы выросла "гигантская прослойка посредников, которые "поставляют" контрактников организациям", получая по 50 и более тысяч рублей за человека.
Возможна ли новая волна мобилизации?
В последнее время в российском интернет-пространстве все чаще обсуждают возможность новой волны мобилизации. 13 мая Госдума во втором и третьем чтениях приняла закон "о профилактике искажения исторической правды", который, среди прочего, призван усилить меры по "пресечению уклонений от обязанности по защите Отечества". По словам депутата Анатолия Выборного, инициатива "ориентирована не только на формальное ужесточение профилактических мер, но и на изменение общественного отношения к исполнению воинской обязанности".
Помимо этого, Генеральная прокуратура России подготовила проект приказа "Об организации прокурорского надзора за исполнением законодательства в сфере воинского учета и призыва граждан на военную службу", который фактически предусматривает усиленный контроль за учреждениями, занимающимися вопросами воинского учета.
Тем временем мэр Екатеринбурга Алексей Орлов внес на рассмотрение депутатов решение, согласно которому власти города смогут передавать имущество муниципальных учреждений культуры в пользование военкоматам "для содействия в мобилизационной работе в мирное время и при объявлении мобилизации". Проект уже согласован комиссией по муниципальной собственности Екатеринбургской городской думы. В администрации города не стали комментировать причину, с которой связаны изменения.
О том, что Россия планирует расширить мобилизационные меры, со ссылкой на доклад военной разведки в конце апреля рассказал президент Украины Владимир Зеленский. Ранее он заявлял, что России нужна большая мобилизация для для повторного крупного наступления на Украину или нападения на одну из стран Балтии. Анонимный источник "РБК-Украина" заявил изданию, что в Москве пока не приняли окончательное решение о проведении мобилизации, "но все необходимые процедуры и процессы для этого готовы".
Председатель Военного комитета НАТО адмирал Джузеппе Каво Драгоне и глава Военного комитета ЕС генерал Шон Кленси, впрочем, считают, что российские власти не планируют объявлять новую волну мобилизации.
В CIT предполагают, что если падение темпов набора контрактников в российскую армию затянется и российские власти не придумают, как его остановить, то мобилизация может понадобиться в среднесрочной перспективе, но отмечают, что ее формат пока до конца не ясен.
Аналитики предполагают, что российские власти могут мобилизовывать 15-20 тысяч человек в месяц, а также набирать еще 15 тысяч контрактников. Проводить единоразовый крупный набор, как осенью 2022 года, по мнению CIT, не имеет смысла, поскольку это потребует большого количества офицеров и техники.
"На примере созданного в 2024 году 44–го Армейского корпуса, который сейчас действует в Харьковской области, мы видим, что сформированные с нуля части не особо эффективны, а вот пополнение уже существующих может неплохо работать после должного обучения", – говорят эксперты группы.
Tatarigami отмечает, что российское государство всё еще может нарастить набор контрактников, повышая единовременные выплаты за подписание контракта, проводя агрессивные рекламные кампании и продолжая "скрытую мобилизацию", закрывая тем самым большую часть потребностей армии путем набора.
"Это хорошо задокументированная практика, которую местные и федеральные власти использовали всякий раз, когда нужно было увеличить число новобранцев, снижая выплаты тогда, когда потребность ослабевала", – объясняет он. Tatarigami предполагает, что ВС РФ таким образом, вероятно, смогут поддерживать наступательные операции как минимум на протяжении всего 2026 года.
