В России разворачивается топливный кризис – на фоне продолжающихся украинских ударов по нефтеперерабатывающим заводам.
В аннексированном Крыму с 30 мая ограничат продажу бензина марки АИ-95 – 20 литров в сутки в одни руки, сообщил глава российских властей региона Сергей Аксенов. Он попросил местных жителей не закупать бензин впрок и заправлять транспортные средства в обычном режиме.
В Новой Москве начали ограничивать продажу бензина после украинских ударов по крупнейшим НПЗ в центральной России.
По подсчетам агентства Bloomberg, только в мае Украина нанесла 16 ударов по российским НПЗ.
О новом повороте войны и о топливном кризисе в России говорим в программе "Лицом к событию" с политологом Денисом Грековым и военным экспертом Юрием Федоровым.
Военный эксперт Юрий Федоров – о тактике украинских дронов, которая делает сообщение с аннексированным Крымом по трассе "Новороссия" опасным для водителей и ненадежным для российской логистики:
"Беспилотники из Украины рассыпают по вот этой трассе ["Новороссия"] и по другим трассам небольшие мины... мощностью где-то в сотню граммов <...>. А если, скажем, она взорвётся под цистерной с бензином, не исключено, что просто бензин весь вспыхнет... Эти методы превращают транспортировку и проезд по этой трассе в достаточно рискованное мероприятие".
Россия отстает от Украины в разработке новых беспилотных аппаратов и способов их применения, говорит Юрий Федоров: "Вся проблема в том, что она отстаёт по научно-техническому оснащению армии в силу, например, забюрократизированности системы управления и принятия решений. Ну и кроме того, очень много людей просто уехало... специалистов, учёных, которые могут разрабатывать новые средства борьбы".
Государство как таковое не справляется
Военная несостоятельность и возникший на этом фоне дефицит горючего в России и особенно в аннексированном ею Крыму могут привести к серьезным проблемам политического толка, объясняет политолог Денис Греков:
"Сам факт того, что Россия не способна её [трассу в Крым] защитить, как, впрочем, и свою критически важную для экономики инфраструктуру, в том числе в глубине страны, как раз говорит прежде всего о том, что [российские власти] проваливаются в военном отношении очень сильно. Имеющееся у России ПВО и недостаточно, и технически несовершенно для того, чтобы справляться с такого рода ударами.
Это означает, что государство как таковое не справляется, и его силовые подразделения, которые должны выполнять эту задачу – армия и иные службы – не могут этого сделать физически. С другой стороны, это тоже давно укладывается в тренд: вот это вот размывание монополии государства на насилие".
Денис Греков говорит о риске для военного и политического руководства потерять контроль над ситуацией не только непосредственно на войне с Украиной. Оружие в руках держали и применяли уже сотни тысяч россиян: "Оружие попадает в руки людей, которые хотят утверждать с его помощью своё влияние. Так просто они уже его не сложат. Когда у вас есть "революционные матросы", они могут начать что-нибудь революционное делать, не посоветовавшись с вами. И чем больше будет оружия в частных руках, тем сложнее государству будет что-то поделать с этой маленькой, но злой армией".
