Проведенное британской полицией расследование установило, что Александр Литвиненко был отравлен радиоактивным полонием-210 в баре лондонского отеля «Миллениум». Незадолго до смерти Литвиненко обвинил в своем отравлении российские власти и лично президента Путина.
Завершив расследование, британские следователи передали дело в Королевскую прокуратуру, которая пришла к выводу, что главным подозреваемым в отравлении Литвиненко является бывший офицер КГБ, а ныне депутат Госдумы от ЛДПР Андрей Луговой, и обратилась к российским властям с просьбой экстрадировать его в Великобританию. Россия категорически отказалась выдать Лугового.
Дело Литвиненко, получившее огромный международный резонанс, привело в резкому охлаждению российско-британских отношений. Александр Гольдфарб (в соавторстве с вдовой Литвиненко Мариной написавший книгу «Смерть диссидента») в интервью Радио Свобода комментирует состояние дела Литвиненко.
- Я бы сказал, что дело находится в состоянии равновесия. Англичане по-прежнему требуют выдачи Лугового, Россия по-прежнему отказывается его выдать. Марина и компания ее друзей, в том числе и я, пытаются получить от британских властей доказательства, которые те не хотят рассекречивать. Мы ждем решения английского судьи по этому поводу.
- Великобритания требует выдачи Лугового, Россия отказывается это сделать. Какой может быть выход из этой ситуации?
- Из этой ситуации выход может быть только один – смена режима в России. Потому что понятно, что этот режим никогда не выдаст Лугового, какие бы санкции против него не вводили. Потому что этот режим сам повинен в этом убийстве, в том числе и его первые лица.
Живущая в Лондоне вдова Александра Литвиненко Марина, несмотря на неопределенные перспективы официального судебного разбирательства убийства ее мужа, не теряет надежды на совершение правосудия, хотя и понимает, что «без доброй воли со стороны России этот суд не состоится».
- Возникли ли за эти два года какие-либо сомнения в первоначальных вывода следствия?
- Следствие было проведено добросовестно и качественно. То, что имя Лугового было названо, это не какая-либо политическая подоплека, не какая-то игра между двумя политическими силами, это конкретные выводы конкретного расследования.
- Когда мы с вами говорили в последний раз, вы упомянули, что намерены настаивать на дознании.
- Я понимаю, что годы идут, шансов на выдачу Лугового практически нет, и они никаким образом не увеличились с приходом нового президента. Но я настаиваю на том, чтобы происходил этот процесс дознания. Окончательного принятия решения со стороны прокуратуры мы еще не получили. Это может произойти и через два года, и через три, и через 10.