Он предлагал сербам смотреть в будущее

12 марта исполнилось 10 лет со дня убийства премьер-министра Сербии, реформатора Зорана Джинджича.

Организаторы и исполнители этого преступления отбывают в Сербии тюремное заключение. Суд признал виновными в убийстве Джинджича членов преступной Земунской группировки и тесно связанных с ней офицеров отряда специального назначения МВД Сербии. Они получили от 15 до 40 лет лишения свободы. Однако политический аспект убийства премьер-министра так и остался не раскрытым. И парадоксально то, что к власти в Сербии вернулись политики, против которых Джинджич боролся всю свою жизнь, – коалиция, во главе которой стоят бывшие ультранационалисты вместе социалистами, близкими соратниками Слободана Милошевича по реформированной ныне Социалистической партии.

В честь Зорана Джинджича в этот день в Сербии проходят различные
манифестации, в его память организовано шествие по улицам столицы Сербии до места его убийства во дворе здания правительства и могилы на Новом кладбище Белграда. В этот день кажется, что Джинджич не забыт. Даже наоборот, некоторые политические партии стараются эксплуатировать его имя. Сербские радио и телеканалы передают энергичные речи Джинджича, которые сегодня порой звучат пророчески. Главное в них – призыв меняться и менять страну: "Если хотим сделать Сербию лучше, мы сами должны стать лучше. Если мы хотим перемен, мы сами должны меняться"!

Зоран Джинджич был убит в возрасте 51 года. В стране тогда была создана атмосфера, будто он сам заслужил такую судьбу. Большинство граждан Сербии его по-настоящему оценили и полюбили только после трагической смерти – лишь после гибели он стал символом демократии, оптимизма и энергии новой Сербии.

Но, несмотря на это народное почитание, многое в происшедшем 10 лет назад остается нераскрытым. Белградский журналист, специалист по организованной преступности и автор книги об убийстве Зорана Джинджича Милош Васич полагает, например, что убийство это раскрыто только на 90 процентов. "Это преступление совершила государственная безопасность в сотрудничестве с криминальными организациями, – говорит Васич. – Однако неясным остался вопрос о политическом покровительстве убийства".



В Белграде сейчас идет затянувшийся судебный процесс по делу о вооруженном бунте в ноябре 2001 года отряда специального назначения, так называемых "красных беретов", который, по мнению Васича, сыграл значительную роль в психологической и политической подготовке убийства Джинджича.

В ноябре 2001-го, через год после падения режима Слободана Милошевича, элитное подразделение спецназа, подчинявшееся в то время службе госбезопасности, при полном вооружении перекрыло автомагистраль в Белграде. Их протест якобы был вызван арестом в Сербии и отправкой в Международный трибунал в Гааге двоих боснийских сербов. Позже, однако, выяснилось, что их цель – смена ответственных лиц в правительстве Джинджича. И действительно, был смещен с поста глава госбезопасности. Вместо него поставили человека, который пришелся по вкусу бойцам спецотряда.

После этого бунта служба государственной безопасности практически стала неприкасаемой, заняла положение "государства в государстве". Позже это привело к убийству премьер-министра, полагает Васич. С такой защитой командир спецотряда Милорад Улемек-Легионер имел полную свободу действий. Он стал главным организатором убийства Зорана Джинджича.

Милорад Улемек-Легионер сдался через год после убийства Джинджича, в ночь с 1 на 2 мая 2004 года, при странных обстоятельствах. Вопреки всем нормам закона с ним до утра беседовали близкие к тогдашнему премьеру страны Воиславу Коштунице министр внутренних дел, министр юстиции и начальник госбезопасности. Известно, что Легионер что-то обещал своим высокопоставленным собеседникам, и они ему что-то обещали. Потом оказалось, что из взаимных обещаний ничего не получилось. А из судебного процесса так и не стало ясно, почему был убит Зоран Джинджич – суд этим просто не занимался, то есть не пытался выявить вдохновителей и возможных политических заказчиков убийства премьер-министра Сербии.

По мнению журналиста Милоша Васича, причиной убийства стало сочетание политического раздражения сербских националистов и паники среди криминальных элементов государственной безопасности и элементов организованной преступности, по следам которых шли Зоран Джинджич и его люди. И стоял вопрос, кто первый: либо он их арестует, либо они его убьют. Васич считает, что убийство Джинджича в тактическом смысле было вынужденным и поспешным шагом его противников.

Профессор истории белградского университета Дубравка Стоянович знала Джинджича лично, потому что ее отец был одним из основателей Демократической партии и первые их заседания проходили в его квартире.

Она описывает тот день, 12 марта 2003-го, так, словно все происходит сегодня. В 2003 году у нее только что родился ребенок – из тех, кого сейчас в Сербии называют "детьми Джинджича", рожденными из надежды, что в Сербии будет лучше. 12 марта 2003 года во второй половине дня у Дубравки была лекция в Центре по изучению женских вопросов, очень близко к месту, где был убит Джинджич. Перед тем, как пойти на лекцию, она отключила телефоны, радио, телевидение – чтобы ребенок заснул до того, как придет посидеть с внуком ее мать. И так, в весьма приподнятом настроении, ничего не зная, она вошла в Центр и уже от дверей воодушевленно поприветствовала слушателей курса: "Где мои ученицы?!" И вдруг заметила людей в шоке и в слезах.

Его место в истории сложно определить по той причине, что у него не было времени что-то сделать до конца, завершить то, что он начал, полагает Дубравка
Стоянович. И вопрос, что вообще мог сделать Джинджич в атмосфере столь жесткого нажима и сопротивления его реформам, навсегда останется открытым. Стоянович полагает, что самое важное, что он сделал в течение этих двух лет, – показал, что возможно продвинуть Сербию вперед по пути реформ, открыть проблемные вопросы и вселить надежду, что все может измениться. "Появилось ощущение, что перемены возможны. Это самое ценное, что он дал", – говорит профессор.

Вот фрагмент одного из выступлений Джинджича: "Сербия не может не измениться, и мы все не можем жить без изменений. Но чтобы Сербия изменилась, должен хотя бы немного измениться каждый из нас – в своем подходе к проблемам, в своем менталитете, в своих трудовых привычках. Ведь Сербия – это сумма всех нас, нашего отношения к жизни, к работе, отношения к ответственности, к семье, к себе и своим амбициям. Мы должны что-то поменять в своем менталитете. И в первую очередь, смотреть на жизнь позитивно. Не жаловаться утром: "Ой, еще один день!", и не истолковывать все нам незнакомое как происки наших врагов".

Демократическая партия Зорана Джинджича проиграла последние выборы и теперь с трудом пытается распутать свои внутренние проблемы. Эта партия уже не похожа на ту, которая в 2000 году стала предводительницей перемен в стране. В течение восьми лет у власти она утонула в системе партократии и связанной с ней коррупции. Наследников Зорана Джинджича в Сербии не видно...

Зоран Джинджич верил в будущее. В одном из выступлений он произнес такие слова: "Я говорю вам: смотрите в будущее. Смотрите в будущее, и мы там встретимся – вы и я. Я хочу жить в будущем".