Владимир Путин пообещал ответить Украине на взрыв на Крымском мосту, где рано утром 17 июля погибли двое взрослых россиян и серьезно пострадала 14-летняя девочка. Официально украинские власти не брали на себя ответственность за взрыв моста, в СБУ заявили, что раскроют детали произошедшего "после победы" Киева в войне. Мост на аннексированный Россией украинский полуостров в ведомстве назвали "одним из символов путинского режима" и отметили, что он "не выдержал военной нагрузки". Крымский мост российские военные используют для снабжения расположенных на полуострове военных соединений: кадры прохождения эшелонов с бронетехникой выкладывали на ресурсах министерства обороны России; эти поезда не раз попадали и в объективы пользователей соцсетей. При этом Путин, выступая вечером 17 июля на совещании, заявил, что мост "давно не используется" для военных перевозок.
Нарушит ли произошедшее на мосту логистику российской армии и как взрыв повлияет на ход войны России против Украины – об этом в эфире Настоящего Времени мы говорили с украинским военным экспертом Павлом Лакийчуком, который руководит военными программами безопасности Центра глобалистики "Стратегия-21".
– Как, на ваш взгляд, этот взрыв повлияет на логистические цепочки российской армии?
– Что бы это ни было – работа Вооруженных сил Украины или диверсия самой Российской Федерации – в любом случае это нам на руку. Дело в том, что Крымский мост был и остается одной из основных артерий обеспечения всей группировки российских войск на юге Украины, в Крыму в том числе, и тех, кто обороняется от наступающих наших войск в Запорожской и Херсонской областях. И если бы он сломался насовсем, это было бы очень хорошо. Если на какое-то время он выведен из строя, это тоже хорошо, потому что задержка боеприпасов, задержка боевой техники, горюче-смазочных материалов на час-два-три-шесть-двенадцать – это все жизни наших воинов, которые в тяжелых боях ведут наступление, освобождают юг Украины.
(Как сообщил на совещании с Путиным российский вице-премьер Марат Хуснуллин, на мосту "незначительно" поврежден один железнодорожный путь, что не влияет на движение поездов, и разрушен один из пролетов автомобильной части).
— Мы сейчас видим кадры, судя по всему, снятые с железной дороги. Видимо, железнодорожное сообщение не нарушено. Все-таки по железной дороге, наверное, российская армия в первую очередь снабжается.
— Да. Во-первых, Крымский мост – не единственное средство доставки в Крым. Но основное. Крымский мост, железнодорожный и автомобильный, Керченская паромная переправа при необходимости используется, переброска десантными кораблями, транспортными судами Черноморского флота из Новороссийска в Севастополь. Опять же, крымские аэропорты закрыты только для гражданской авиации. Военно-транспортная авиация – Ил-76, Ан-26 – все это продолжает летать, самые срочные грузы доставляются в Крым.
Тем не менее Крымский мост – это основная переправа. И если утром даже железнодорожный мост, допустим, был закрыт шесть часов или примерно столько же времени была закрыта паромная переправ – это на шесть часов какая-то передышка для наших военных, будет меньше снарядов на них лететь. Это тоже плюс. В военном деле выведение из строя полностью каких-то объектов – бывает, что это даже не самая главная цель. Главное – на какое-то время, на необходимый промежуток времени обезопасить, сделать невозможным функционирование какого-то объекта.
— Вы сказали: "Мы не знаем, что это: удар со стороны Украины или это диверсия со стороны самой России по Крымскому мосту". Почему, на ваш взгляд, это произошло именно сейчас?
— Сегодня 17 июля, когда заканчивается так называемый "зерновой договор". Точнее, два: есть украинско-турецко-ооновский и российско-турецко-ооновский [договоры]. Россия с сегодняшнего числа выходит из этого договора. Если Россия нанесла этот удар с целью продемонстрировать невозможность пролонгации соответствующего договора – это возможно. Если Украина нанесла удар, и Россия использует эту диверсию для обоснования своей позиции по зерновому соглашению, – это тоже возможно. Вспомните удар морскими дронами в прошлом году по севастопольским бухтам. Тогда на неделю россияне выходили из зернового соглашения. Правда, потом поняли, что выстрелили себе в ногу, и обратно срочненько вернулись. Поэтому я не исключаю возможность такого варианта и в нынешней ситуации.
Как работала зерновая сделка до выхода из нее России:
— Мы зерновую сделку обсудим по ходу нашего эфира чуть позже. Хотел бы у вас спросить: одна из версий – что удар был нанесен морскими беспилотниками. Что это за разработка? Насколько она невидима для российских средств обнаружения?
— Почему невидима? Все зависит от тактико-технических характеристик конкретных изделий и от тактики их применения. Украина занялась морскими беспилотниками совсем недавно, с началом широкомасштабного вторжения России, и совершенствует их по ходу военных действий. Фактически нет [обычных для таких разработок] этапов: заводские испытания, государственные испытания, то да се, отсрочка, принятие на вооружение. Все это происходит в боевых условиях. Создали партию единиц – испытали их в боевых условиях. Следующая партия – уже с усовершенствованием и с исправленными недостатками – снова поступает в бой. И очевидно, что те морские беспилотники, которые полгода назад вылавливали возле Казачьей бухты (если это украинские беспилотники), то они уже радикально отличаются от тех, которые Украина применяет сейчас. И если это было так, то для российской стороны оказалась неожиданностью способность ВМС Украины или СБУ применять беспилотники на таком расстоянии от пунктов базирования Вооруженных сил Украины.
