Спасатели на юго-востоке Турции продолжают разбирать завалы домов, которые были разрушены сильным землетрясением: оно произошло в ночь на 6 февраля. Эпицентр толчков находился в провинции Кахраманмараш, в 30 км от города Газиантеп и в 90 км от границы с Сирией: сила толчков достигала 7,8 балла. Толчки ощущались также в соседних странах: Ливане, Армении, Сирии.
Число погибших в результате землетрясения в Турции растет с каждым часом: уже известно, что погибли более полутора тысяч человек, более 7,5 тысячи пострадали. Около 2,8 тысячи зданий были разрушены: по словам очевидцев, многие жилые дома, особенно построенные несколько десятков лет назад, просто складывались как карточные домики. Президент Турции Реджеп Эрдоган уже заявил, что землетрясение стало самым крупным бедствием в истории Турции с момента Эрзинджанского в 1939 году. Сотни человек также погибли в соседней с Турцией Сирии.
Днем 6 февраля в Турции произошло второе мощное землетрясение за сутки, также магнитудой 7,6 балла. Его эпицентр находился в районе Эльбистан провинции Кахраманмараш.
Более 2300 погибших в Турции и Сирии в результате землетрясения. Фото
Настоящему Времени удалось связаться с россиянкой Александрой Кесе, которая живет с семьей в Диярбакыре: она раньше жила в Санкт-Петербурге, но переехала в Турцию три года назад. Александра рассказала, что ее город сильно пострадал от подземных толчков. Их дом, новостройка, уцелел, несмотря на то, что в соседней квартире по стене пошла большая трещина. А вот соседний дом, который был построен 25 лет назад, рухнул, оставив без крова десятки людей. По словам Александры, люди в Диярбакыре сегодня весь день остаются на улице, потому что боятся возвращаться в квартиры. Выезды из города сейчас перекрыты, магазины не работают.
– Как вас зовут и расскажите, пожалуйста, где вы живете в Турции?
– Меня зовут Александра Кесе. Сама я из России, Санкт-Петербург. Года три уже живу в Турции, но сначала жила в Стамбуле. Буквально недели три, как мы живем в Диярбакыре: мы даже еще вещи толком не разобрали. И вот такой вот опыт.
В Стамбуле тоже было недавно землетрясение. Тоже сильное, но нас оно не прям так, чтобы сильно, напугало.
– Можете рассказать, как все произошло, что вы почувствовали?
– Около четырех часов утра все началось. Сильно очень затрясло, у нас шкаф с петель слетел. Мы все выскочили на улицу и потом оказалось, что соседний дом за нами просто рухнул. Но он был старенький. У нас новостройка, ему три года, а вот сзади нас дому было лет двадцать пять.
У нас в квартире попадали шкафы, их двери с петель послетали, посуда разбилась. У соседей пошла трещина в доме (квартире), потому мы к ним даже не заходим, потому что землетрясение потом было не один раз. Ближе к обеду мы подумали, что поднимемся в квартиру, но опять начались толчки, периодически такие сильные толчки. И естественно, что там, в доме, уже никто не сидит. Люди либо стоят неподалеку от своих домов – в тех местах где не перекрыта дорога, потому что там, где дома разрушены, там все перекрыто. И вот мы тоже стоим на парковке, где все сидят по своим машинам. Из города пока тоже не выехать.
– Из города вас не выпускают?
– Да, везде все перекрыто, везде стоит полиция, и самолеты тоже сейчас не летают. Не выехать особо из города. Диярбакыр же еще городочек-то, в принципе, небольшой, и тут просто некуда ехать. Если, например, в других местах можно выехать за город, где низкие дома, то здесь такого просто нет.
– Что власти говорят о количестве погибших? И много ли разрушений в городе?
– У меня у самой муж работает здесь в полиции. Их вызвали рано, и у него рядом с работой тоже были разрушены дома, он мне прислал фотографии. Очень много людей погибло. Но именно, где мы живем, получается только один том дом позади нас разрушен. И мечеть: у мечети треснули минареты.
– Что говорят люди? Им страшно?
– Страх, конечно, чувствуется, все с маленькими детьми со вчерашней ночи сидят в машинах. Там, где мы живем, – там новые дома, лишь где-то немножко есть старые, позади. Но люди все на улице, никто в дома не заходит. Все в панике. Когда они выбегали из домов, то и босые выбегали, и без курток, и без всего. И вот они с детьми сидят сейчас. Кто что успел взять – так и сидят. Кто на улице, кто в машине.
– Государство уже оказывает какую-то помощь пострадавшим?
– Нет, вообще ничего не было.
– А волонтеры, какие-то организации?
– Нет, по крайней мере, здесь я этого я не видела. Я видела в инстаграме, в ленте, что где-то работают спасательные службы – на месте глобальных разрушений, и там выдают вроде бы чай. Но у нас никому ничего не выдают, хотя достаточно много сидят тут людей. Они сидят в домашней одежде, потому что магазины тоже закрыты. Если у кого-то что-то есть с собой, то едят. Если нет – то нету.
– Вы сказали, что все магазины закрыты и еды купить негде, я правильно вас понял?
– Ну, слушайте, еще сутки как бы не прошли с момента землетрясения. Но я думаю, что завтра, может быть, что-то откроется. Но пока большие торговые центры закрыты и мелкие магазины тоже все. Все закрыто, в общем. Они в основном находятся в старых домах, и может быть, из-за этого.
– Когда люди смогут вернуться в свои дома, что вам говорят по этому поводу?
– Это никто не контролирует. Абсолютно все равно, зайдем мы в свои дома или нет, это делается на свой страх и риск. Вот у нас соседи, у них в квартире огромная пошла трещина, у мужа на работе тоже трещина. За это никто не отвечает. И если ты чувствуешь сам, то можешь бежать. Если нет… То есть никто не знает, когда можно возвращаться домой, потому что еще периодически идут толчки.
